Том 1 (Мир людей): Глава 18
В погоне за луной/ Преследуя Луну
Солнечный свет упал на её лицо, ослепительно яркий. Лежавшая на кровати девушка нахмурилась, будто запертая в кошмаре. Во сне юноша в красных одеждах взмахнул ледяным мечом, сотканным из демонической энергии, и вонзил его ей в грудь.
— Нет! Не убивай меня! — выкрикнула Бай Шуо, пытаясь сесть.
Зрение было затуманенным, но она узнала знакомую обстановку: кровать из грушевого дерева с жёлтым балдахином, стойкий запах ладана. Это был её дом, усадьба Бай, точнее — её собственный тихий дворик. Однако красные свадебные украшения, оставшиеся со вчерашнего торжества, сменились привычным скромным убранством.
— Как я здесь оказалась? — Резкая боль пронзила лоб Бай Шуо. Она потерла виски, стараясь вспомнить события перед тем, как потеряла сознание.
Гора Муссяо… осёл… свинья Лун И… гибель разбойников… Чжун Чжао без чувств… и холодный, убийственный взгляд демонического юноши.
— А-Чжао! — Опомнившись, Бай Шуо побледнела. Она попыталась подняться с кровати, но слабость едва не свалила её на пол.
— Госпожа! — В этот момент в комнату вбежала Таохуа.
Увидев, что Бай Шуо пришла в себя, она поспешила поддержать её, а затем обернулась и крикнула в дверь: — Быстрее, сообщите госпоже, что молодая хозяйка очнулась!
— Таохуа? Что происходит? Разве я не была в Вэйчэне? Как я оказалась дома? — Голова Бай Шуо раскалывалась. Она ушла из дома в отчаянных поисках бессмертия, чуть не погибла, а теперь просыпается в собственной постели!
— Госпожа… — замялась Таохуа.
— Неважно, я сама спрошу у отца! Это же нелепо! — нетерпеливо бросила Бай Шуо.
Когда она попыталась оттолкнуть служанку и выйти, Таохуа вспомнила наказ хозяйки и твёрдо преградила ей путь.
— Госпожа! Вам нельзя выходить!
— Таохуа!
— Госпожа! Хозяин сказал, что если я позволю вам покинуть дворик, всех слуг тихого дворика прогонят со службы! — Обычно послушная Бай Шуо, на этот раз Таохуа была непреклонна.
Бай Шуо заколебалась. Эти люди выросли вместе с ней, она не могла допустить, чтобы они пострадали. Но тревога пересиливала. — Ладно, я никуда не пойду. Просто скажи, как я сюда попала? И что с А-Чжао? Он в порядке?
Выражение лица Таохуа изменилось, и она снова замялась.
— Таохуа, говори! Не скажешь — позову А-Си! — пригрозила Бай Шуо.
— Госпожа, вас и молодого господина Чжуна привёз осёл! — наконец сдалась Таохуа.
— Осёл? Не человек? — Бай Шуо остолбенела.
Таохуа покачала головой.
— Рано утром, как только открыли городские ворота, вас и молодого господина Чжао в предрассветном тумане привёз осёл. Он прямо к воротам нашей генеральской усадьбы подошёл, ворота сам и открыл. Слух по всей столице пошёл. Хозяин сказал, что отныне вам запрещено покидать резиденцию.
Голос Таохуа становился всё тише. Бай Шуо схватилась за голову, не в силах сдержать вопрос: — А что с ослом?
— Хозяин сказал — осёл вас спас, его нужно хорошо содержать. Его держат во внутреннем дворе.
Бай Шуо подумала, что осёл и вправду умён, но внутри зашевелилось смутное беспокойство. — Отец только сказал, что мне нельзя выходить из усадьбы?
— Да.
— Не велел становиться на колени в родовом зале? Не приказал выпороть?
Таохуа снова покачала головой.
— Что-то не так. Я такой переполох устроила, а меня даже в родовой зал на поклон не поставили… — Бай Шуо не верила своим ушам, отчего голова закружилась ещё сильнее.
Таохуа быстро помогла ей лечь. Прежде чем Бай Шуо успела что-то сказать, с порога донёсся печальный возглас: — Шуоэр!
Госпожа Бай, поддерживаемая служанками, влетела в комнату и прижала дочь к груди: — Доченька моя, ты наконец очнулась!
— Мама… — Бай Шуо всегда боялась материнских слёз. Она поспешно похлопала её по спине, утешая. — Мама, я в порядке, честно!
— В порядке?! — Госпожа Бай вытерла слёзы. — Ты, непоседа, две недели без сознания пролежала! Я так изволновалась! — Она всхлипывала, а Бай Шуо бросила взгляд на Таохуа, которая упорно отводила глаза. Подозрения крепли.
— Мама, посмотри на меня, я полна сил! — Бай Шуо даже подпрыгнула на кровати, демонстрируя бодрость. — Я быка могу повалить!
— Ах ты! — Госпожа Бай в бессилии оттащила дочь назад и нежно стукнула её по лбу. — Когда же ты, наконец, повзрослеешь?
— Мама, прости, я опять набедокурила. — Бай Шуо потупила взгляд, охваченная чувством вины. — Опозорила тебя, отца и А-Си.
Глаза госпожи Бай покраснели, и она крепко обняла дочь. — Я лишь хочу, чтобы ты была жива и здорова. Не хочешь замуж — и не надо.
— Правда?! — Глаза Бай Шуо засверкали от радости. Она была целиком поглощена поисками бессмертия и не собиралась выходить замуж. — Канцлер Чжун согласился?
Госпожа Бай замялась, затем рассеянно кивнула: — Твой отец лично хлопотал. Канцлер согласился.
Бай Шуо с облегчением вздохнула и прижалась к матери. — Мама, ты самая лучшая.
Госпожа Бай смотрела на дочь, и в её глазах мелькнула тень грусти, но она сдержалась.
Лишь когда Бай Шуо снова уснула, госпожа Бай покинула тихий дворик.
Снаружи уже давно ждал генерал Бай. За несколько дней его волосы заметно поседели, он словно постарел.
Глаза госпожи Бай наполнились слезами, и она пошатнулась, опираясь на мужа: — Муж…
Генерал Бай тяжело вздохнул, не желая ничего говорить, и повёл её прочь.
В ту ночь Бай Шуо спала беспокойно. Таохуа вошла с ночником, поставила его на стол и поправила одеяло. Но едва она собралась уйти, Бай Шуо схватила её за руку. Тёмные глаза девушки пристально смотрели на служанку.
— Госпожа?
Бай Шуо сделала знак молчать и взволнованно прошептала: — Таохуа, что на самом деле происходит в усадьбе?
Рука Таохуа задрожала, она отводила взгляд. — Госпожа, что вы говорите? Что может происходить в нашей усадьбе…
— Таохуа, мы вместе выросли. Ты знаешь, я не дура. Сегодня ты можешь скрывать от меня правду, но не вечно. Мой брак был предписан императорским указом. Как его могли так просто отменить? — Голос Бай Шуо охрип, глаза налились кровью. — С отцом и А-Си что-то случилось из-за меня?
— Дело не в хозяине и не в старшей госпоже, а в молодом господине Чжуне… — в панике вырвалось у Таохуа, и она, осознав промах, в ужасе упала на колени, зажав рот ладонью.
— А-Чжао? Что с ним? — Лицо Бай Шуо побелело. Она вскочила с кровати босиком и схватила Таохуа за плечи.
Увидев отчаяние в глазах госпожи, Таохуа не выдержала и разрыдалась: — Госпожа, с семьёй Чжун стряслась беда.
Бай Шуо остолбенела, а Таохуа, всхлипывая, продолжала: — На следующий день после того, как вас с молодым господином Чжао привезли, император конфисковал всё имущество семьи Чжун!
Бай Шуо ахнула, не веря услышанному: — Как такое возможно? Дядя Чжун всегда был честным и справедливым. За что император отобрал у них всё?
— За содержание частного войска, — прошептала Таохуа. — Император приговорил весь род Чжун к казни. Приговор исполнят завтра.
Бай Шуо почувствовала, как тело обмякло, и она рухнула на пол. Но тут же вскочила, даже не обувшись, и бросилась к двери.
— Госпожа! — Таохуа кинулась за ней, но Бай Шуо уже выскользнула в темноту.
*Бам!* Двери родового зала генеральской усадьбы распахнулись, и внутрь ворвалась Бай Шуо. В холодном свете свечей одиноко стоял Бай Сюнь, склонив голову.
— Отец!
Бай Сюнь не отозвался, храня молчание. Бай Шуо подбежала и упала перед ним на колени, голос её был хриплым: — Дядя Чжун не мог…
— Тысяча частных воинов, укрытых в Вэйчэне. Доказательства неопровержимы, — вздохнул Бай Сюнь, похлопав её по плечу. — Шуоэр, твой отец сделал всё, что мог. Ты должна понимать: содержание частной армии — это государственная измена.
Бай Шуо рухнула на пол, ощущая полную беспомощность. Она много лет жила в роскоши и неге, и лишь теперь осознала, что бессильна что-либо изменить даже в этом смертном мире, не говоря уже о пути к бессмертию.
— Даже если канцлер Чжун виновен, А-Чжао… А-Чжао ни в чём не виноват… Отец, умоляю, спаси А-Чжао…
— Стража!
Услышав имя Чжун Чжао, в глазах Бай Сюня мелькнула тень сомнения, но он сжал сердце и громко скомандовал.
— Генерал.
Из-за дверей родового зала немедленно вошли стражники.
— Заприте молодую госпожу в родовом зале на трое суток. Без моего приказа она не должна его покидать.
— Есть!
— Отец!
Бай Сюнь повернулся, чтобы уйти. Бай Шуо бросилась к двери, но тяжёлые створки родового зала захлопнулись, заперев её внутри.
В тот миг, когда Бай Шуо почувствовала себя загнанным зверьком, в углу раздался шорох, и порыв ветра ворвался внутрь, заставив пламя свечей затрепетать. Она обернулась и увидела, как в окно просунулось ослиное копыто, а затем внутрь грациозно спрыгнул осёл.
Тот же осёл, но заметно уменьшившийся в размерах, что позволяло ему беспрепятственно перемещаться по строго охраняемой генеральской резиденции.
Бай Шуо молча наблюдала за ним, в её глазах мелькала настороженность. После конфискации имущества канцлера и смертного приговора Чжун Чжао она словно повзрослела за одну ночь.
— Эй! — в родовом зале раздался насмешливый голос.
Бай Шуо вздрогнула и оглянулась.
— Не крути головой, это я! — Осёл постучал копытом по каменному полу.
Бай Шуо с подозрением посмотрела на животное. Осёл начал обходить её кругом.
— На горе Муссяо ты была такой бойкой. Что же теперь, вернувшись в столицу, так приуныла? Домашние стены сломили? — Осёл, которого Бай Шуо обманула на горе, пользовался случаем, чтобы подразнить её.
Бай Шуо сжала губы и спросила: — Зачем ты меня привёз? Тот… Владыка Дворца Хаоюэ, разве он не хотел меня убить?
Уши осла дёрнулись, он слегка фыркнул: — Хотел, но это я, твой верный и благородный друг, рисковал всем, чтобы спасти тебя и того простофилю.
Бай Шуо нахмурилась, явно не веря. Осёл фыркнул и сменил тему: — К чему ты вспомнила Владыку Дворца Хаоюэ? Разве тебя не волнует судьба того дурачка?
— Ты можешь его спасти? — Лицо Бай Шуо озарила надежда, и она сделала шаг вперёд. — Верно, ты же демон. Ты должен уметь его спасти, да?
— Спасти его я не могу, — осёл покачал головой. — Та цветочная демоница натворила в мире людей дел, и теперь столица кишит бессмертными владыками, дабы не допустить демонического хаоса в императорском городе. Я ранен, и попытка вырвать приговорённого из Небесной тюрьмы сейчас лишь приведёт к тому, что эти бессмертные сдерут с меня шкуру заживо, ещё до того как мы покинем столицу!
В глазах Бай Шуо мелькнуло разочарование, но осёл продолжил:
— Однако, хотя я не могу помочь тебе спасти того простофилю, я могу позволить тебе увидеться с ним в последний раз перед казнью.
— Правда? — Бай Шуо всё ещё сомневалась. — Но ты же ранен. Как мы попадём в Небесную тюрьму?
Осёл с лёгким фырканьем взмахнул хвостом. Мерцание слабого зелёного света — и он исчез у неё на глазах.
Она огляделась, а затем услышала звук копыт по полу.
Ещё одно зелёное мерцание — и осёл снова появился. — Скрыть своё присутствие — сущий пустяк. Если сядешь ко мне на спину, я доставлю тебя в Небесную тюрьму. Но у тебя будет всего пятнадцать минут.
— Что ты хочешь взамен, Лун Эр Осёл? — тихо спросила Бай Шуо, наконец назвав его по имени.
